Татьяна_Кузнецова (danatapochkina) wrote,
Татьяна_Кузнецова
danatapochkina

Мы жили в СССР - 4

Эпизод четвертый

Однажды в далёкой-далёкой галактике…

В лаборатории научно-исследовательского института, куда я пришла работать лаборантом, коллектив состоял по большей части из молодёжи – молодых специалистов (тех, кто совсем недавно окончил ВУЗы) и таких же, как я, студентов-вечерников. Часть коллектива – люди, как мы тогда считали, пожилые, хотя почти все они тогдашние были моложе нас теперешних.
Пришла я туда юной девочкой семнадцати годков. В первый мой рабочий день начальник, видимо, ещё не определил чем меня занять, а я ещё не знала, как следует себя вести в такой ситуации. Кто-то из добрых девочек или мальчиков дал мне книжку. Мне было жутко неудобно, но невозможно целый день просидеть, глядя в окно. Я потихоньку, положив книгу в выдвижной ящик стола, начала читать. Не помню, что это была за книга, кажется, это было что-то С.Наумова. Помню, что это было что-то про войну и что-то очень захватывающее, приключенческое, во всяком случае, я проглотила её за один день.

А потом мне давали задания начертить электрические схемы, позже я чертила и карандашом на ватмане, и в 24-ом формате (теперь это формат А0), и, конечно же, в меньших форматах, и тушью на кальке, бывало, что склеивали листы и получалась целая простыня. Молодёжь, а вы как-нибудь представляете себе процесс черчения на кальке перьями и рейсфедерами? Вообще слово такое "рейсфедер" слышали?:) Кстати, рейсфедерами хорошо было выщипывать брови.:)  Я научилась печатать на печатной машинке, читать схемы, набивать печатные платы и паять, познакомилась с делопроизводством. Я так хорошо научилась паять, что могла спаять собственную золотую цепочку с очень мелким плетением, которую вечно зацепляла, когда работала на печатной машинке, так, что найти пайку было практически невозможно. Интересно, много ли теперь молодых людей, знающих что такое канифоль, припой и как выглядит паяльник?:) Я уже не говорю о радиодеталях.
Знаете, почему советские приборы были хоть и отсталыми, но надёжными? Потому что в институтах существовали испытательные лаборатории. Приборы не передавали в производство, если они не прошли все испытания. Были стенды, где их трясли определённое количество времени, держали в камерах с повышенной влажностью, сухостью, повышенными и пониженными температурами, давлениями, ударяли, давили, морозили, жарили и т.д. А потом аппаратуру в спецмашине возили на испытания на полигон в Ахтубу под Астраханью, возили на испытания в Жуковский, под Феодосию. Я туда никогда не ездила, ездили только мужики. Мне только довелось один раз съездить в командировку в Ленинград (тогда ещё). Было мне лет 19, наверное. По работе мне делать там особо нечего было, товарищ, с которым мы ездили, напряг меня только один день, потом несколько дней я была совершенно свободна. Впервые там услышала, что москвичи чем-то отличаются от жителей других городов. Стою я у гостиницы, жду, подходит ко мне товарищ, что-то спросил, немного поговорили, и он спрашивает: "Вы из Москвы?" Я была крайне удивлена. У меня, что, печать на лбу стоит? А он любезно объяснил, что у нас манера разговаривать отличается и держимся мы иначе.

В производстве работали умельцы. Они могли всё. К ним можно было обратиться с просьбой починить японский зонтик, купленный за сумасшедшие для лаборанта деньги, попросить сделать металлические набойки на шпильки туфелек. Но для этого надо было иметь личные связи среди представителей рабочих профессий. Если связей не было, то можно было попросить кого-то, у кого они имелись. И обращаться следовало до обеда. Потому что рабочий класс пил. За обедом, как правило, он и пил.
Ещё полезно было иметь связи в институтской типографии. Но с этим было проще, кто-то где-то добывал, например, Булгакова, кто-то другой шёл в типографию и договаривался, чтобы сделали сразу штук 10 светокопий (ксероксов ещё не было), которые там же и переплетали.
Однажды кто-то добыл где-то обольшой отрез хэбэшной ткани. Наверное, её предназначение состояло в том, чтобы использоваться для технических нужд. Но ткань была один в один джинса, правда, коричневая, но точно также не прокрашена насквозь, поэтому точно так же тёрлась. Коричневые джинсы это же супер! Я взяла кусок, однако джинсы шить сама точно не стала бы, для этого нужны были соответствующие выкройки и машинка, которая эту ткань взяла бы. Кто-то порекомендовал портного. Портной был молодым парнем, пошил мне отличные джинсы. Правда, я не догадалась ткань постирать прежде, чем шить, поэтому штаны после стирки здорово сели.

Итак, основная часть коллектива у нас была молодёжная.
Сашка окончил физфак МГУ и ещё студентом женился на сокурснице из Тбилиси. Когда он пришёл к нам в лабораторию, у них уже был ребёнок. Надо сказать, что национальностям мы не придавали особого значения, мы в самом деле были по большому счёту интернационалистами. Но Сашкины жалобы запомнились. Жаловался он на то, что, когда у них родился сын, из Тбилиси приехала помогать грузинская тётя жены. Саша рассказывал: "Она каждый день говорит сыну, причём в моём присутствии, что все русские свиньи, и его папа в том числе". Он был интеллигент, но вынужденный защищаться. Много болтал, травил байки. Мы смеялись: "Как же тебя жена терпит?" - "А я на работе выговариваюсь, а дома молчу".:) Запомнилась одна из его студенческих баек:
"Приходим мы как-то на военную кафедру после летних каникул, один парень из группы отрастил бороду. А полковник, который нас вёл, был хоть и полковник, но с чувством юмора, спрашивает:
- Зачем бороду отрастил?
- Девочек щекотать.
- А... ну, если больше нечем...
На следующий день этот друг пришёл бритым".
Был в лаборатории Олег, который сразу потребовал, чтобы его называли Алик, как я понимаю, он родом из семьи обрусевших, или не очень, азербайджанцев. Но его национальность не имела значения, он был свой парень.
Начальник был еврей с немецкими корнями. Более интеллигентного и порядочного человека я в своей жизни не встречала, его уважали все.
Юрка был русский, но прохиндей ещё тот, он имел друзей и знакомых во всех нужных ему отделах. Был женат, однако это не мешало ему клеиться и ко мне и к моей подруге одновременно. Причём, выяснилось это много лет спустя. Мы с ней от души похохотали, когда выяснили, что и с той и с другой у него облом вышел.
Не знаю, что он там решил себе относительно меня, вроде бы повода я никакого ему не давала, но однажды сидели они с ребятами втроём что-то тихо обсуждали, я захожу в отсек (лаборатория была поделена на отсеки), и Юрка, вальяжно развалившись на стуле, наглым тоном говорит мне: "Пойди, принеси мне воды". У нас на каждом этаже стояли автоматы с газированной водой (помните, как в фильме "Самая обаятельная и привлекательная"). Я тихо взбесилась, пошла, налила стакан воды, принесла и выплеснула ему в лицо. И ничего, врагами потом не стали. Ну, может, месяц не разговаривали. Зато уважал.:)
Так вот, Юрка подвязался какому-то вокально-инструментальному ансамблю сделать аппаратуру. Надыбал на работе по разным отделам деталей, договорился с конструкторами, заказал платы на участке печатных плат, и собирал на работе усилители и что-то ещё. И всё это надо было вынести из института. Так он просил девчонок, чтобы мы по очереди частями ему это добро выносили, потому что девчонок на проходной, как правило, не проверяли. Умел, гад, подмазаться и уговорить.
Жил Юрка тогда в Железнодорожном. А я в то время понятия не имела где это, тогда для меня это был край географии. И кто мог подумать, что судьба меня туда же забросит. Когда переехала, подруга с работы тех лет (та самая, к которой он тоже клеился) спрашивала, не встречала ли я его случайно. "Да Господь с тобой, сколько лет прошло, мы бы и не узнали друг друга. Может, переехал давно. Да и жив ли?..." Он был лет на 10 старше.

Молодёжь, как известно, во все времена народ активный. Были в дружественном отделе ребята, увлекавшиеся водным туризмом. И я с ними ходила в поход на байдарках. Были шуры-муры, любовь-морковь, образовывались пары. И в нашей лаборатории так образовалась одна новая ячейка общества (семья). Было ещё две пары, с которыми позже мы получили квартиры от института в одном доме и дружили домами семьями.

В походе:

Документ Microsoft Publisher.jpg

Вообще, с работой была связана бОльшая часть жизни, нежели с учебным институтом. Поэтому в воспоминаниях о студенческих годах гораздо больше этой стороны. Были в НИИ и работа на овощной базе, и в колхоз ездили, и сандружина была, и ещё много чего было.
Tags: Молодость, Память, Прошлое, СССР
Subscribe

  • О бедности и лайфхаках

    В СССР каждая мало-мальски уважающая себя женщина знала кучу рецептов по уходу за собой, знала как приготовить кашу из топора и прочие житейские…

  • О выборе без выбора и о разном

    Предлагают выбирать из двух памятников, каждый из которых не расколет общество, оно и так расколото, но позитивной реакции в целом…

  • Всяко разно

    Автобус застыл на остановке и двигаться дальше не собирался. Водитель объявил: ц ак надень и в пепелаце сиди пока…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments

  • О бедности и лайфхаках

    В СССР каждая мало-мальски уважающая себя женщина знала кучу рецептов по уходу за собой, знала как приготовить кашу из топора и прочие житейские…

  • О выборе без выбора и о разном

    Предлагают выбирать из двух памятников, каждый из которых не расколет общество, оно и так расколото, но позитивной реакции в целом…

  • Всяко разно

    Автобус застыл на остановке и двигаться дальше не собирался. Водитель объявил: ц ак надень и в пепелаце сиди пока…